Александр Тетердинко: Дьявол кроется в мелочах

Глава фракции «Единой России» в ЗакСе Петербурга шестого созыва Александр Тетердинко благодарен коллегам за оказанную честь и обещает, что под его руководством «единороссы» будут работать слаженно и эффективно. Свою фракцию Тетердинко считает на 100% легитимной и состоящей из политически ответственных людей. О первоочередных задачах парламентских «единороссов», возможности перехода парламента на поименное голосование и своем отношении к оппозиции Александр Тетердинко рассказал в интервью АБН.

Коллаж АБН

Коллаж АБН

«Я понимаю, чем живет город»

В ЗакСе вы заняли кабинет Виталия Милонова. В этом есть какой-то символизм? Вера в вашей законотворческой деятельности будет играть такую же большую роль, как у Милонова?

Не вижу никакого символизма, просто так распределил аппарат. Мне все равно, какой кабинет занимать. У Виталия Валентиновича Милонова своя позиция по каким-то вопросам, у меня – своя. Вера в жизни любого человека, наверное, должна играть определенную роль. Другое дело, мы должны понимать, что депутат в своей деятельности должен руководствоваться не только своими внутренними убеждениями и верой, но интересами избирателей. Самое главное, чем я буду руководствоваться в своей депутатской работе, – это понимание того, что находится в сфере интересов петербуржцев, а что нет.

У вас есть полное понимание этого?

Какое-то понимание у меня, безусловно, есть. Я же не первый год во всей это деятельности участвую. Я понимаю, чем и как живет город. У меня есть представление, как должно быть, а как быть не должно. В процессе депутатской деятельности, конечно, это представление может в ту или иную сторону колебаться.

Какие ключевые задачи стоят перед фракцией ЕР в первые месяцы работы?

Самое важное, что сейчас стоит перед нашей фракцией и всем парламентом – это принятие бюджета на следующий год. Мы должны это сделать до нового года. И сделать так, чтобы не допустить падения жизненного уровня социально незащищенных категорий населения. ЗакС должен обеспечить сохранение тех социальных гарантий, которые есть в Петербурге. Еще одна важная задача, которая стоит перед ЗакСом – это закон об общественной палате. Она должна стать тем органом, с помощью которого гражданское общество может взаимодействовать как с исполнительной властью, так и с законодательной. Очень важно принято такой закон об общественной палате, такой принцип ее формирования заложить, чтобы все уважаемые и известные активисты в городе могли туда попасть, и чтобы их мнение было услышано.

Когда общественная палата может быть сформирована по-новому?

Думаю, мы должны закон до ума довести тоже до нового года. То есть в следующем году палата будет сформирована с учетом новых правил.

«Единая Россия» готова увидеть оппозиционных политиков в петербургской общественной палате?

Палата должна быть не органом, который действует по принципу «одобряемс», а который критикует. В этом ее суть.

ЗакС тоже должен критиковать.

Законодательное собрание формируется нашими избирателями, а не исполнительной властью или какой-то другой. Как избиратели решили, так голоса и распределились. Оппозиционные партии не обладают в глазах нашего общества достаточным авторитетом, чтобы побеждать на выборах. Это проблема оппозиционных партией и тех идей и ценностей, носителями которых они являются. Что касается общественной палаты, здесь, как мне представляется, должен быть как можно более широкий спектр мнений. Даже если они, может быть, большинством населения не поддерживаются. Палата должна предлагать альтернативные варианты решения тех или иных проблем. Даже если это непопулярные вещи. Так что не вижу ничего страшного, если там будут оппозиционные политики или общественные деятели.

«У медали две стороны»

Вячеслав Макаров после первого заседания ЗакСа заявил, что парламент может перейти на поименное голосование по большинству вопросов, если депутаты проголосуют за это. Фракция ЕР поддержит «поименку»?

Я не против, чтобы уйти от анонимности по большинству вопросов. Но у этой медали есть оборотная сторона. Когда все знают, как голосует депутат, это может быт фактором давления на него. Когда он голосует тайно, то может голосовать согласно своему внутреннему убеждению.

А еще депутат может обещать избирателям одно, а голосовать совсем за другое. Вы согласны?

Может и так. Я и говорю, что стороны две у медали. Поэтому надо аккуратней подходить к таким популистским предложениям, которые звучат от представителей небольших фракций. Для них ничего не изменится, будет поименка или нет. Зато кто-то попиарится на этой идее. Но если большинство моих коллег решит, что надо голосовать открыто, я не буду против.

«Яблоко» хочет предложить депутатам ЗакСа отказаться от персональных автомобилей и перейти на так называемую конвейерную систему. Это вы готовы поддержать?

Если будут представлены все необходимые расчеты, которые покажут существенную экономию средств, то почему бы и нет. Но, знаете, у нас почему-то в обществе принято думать, что депутаты сидят, ничего не делают и просто получают зарплату. На самом деле это не так. Я понимаю, что у людей популярная идея лишить депутатов автомобилей, мол, пусть ездят на метро или пишут заявки на машину. Но нужно также понимать, что у депутата должны быть определенные инструменты для того, чтобы он мог эффективно осуществлять свою деятельность. У нас же не роскошные автомобили, а достаточно скромные иномарки.

То есть «Единая Россия» отказываться от персональных автомобилей не будет?

Если расчеты покажут, что мы слишком много на это тратим средств, и отказ не скажется на эффективности работы, то систему можно изменить. Но все нужно изучать внимательно. Дьявол же кроется в мелочах. Конвейерная система не гарантирует большей экономичности. Как бы дороже не вышло.

Стоит ли менять механизм поправки БФК, который многие критикуют за непрозрачность и коррупционность?

Парламент должен иметь возможность вносить поправки в закон. Если нельзя будет этого делать, то зачем тогда вообще ЗакС нужен? Это нормальная практика и в Госдуме, и в остальных региональных парламентах. Другое дело, что поправка не должна использоваться в корыстных целях. Я считаю, нет ничего зазорного в том, что депутат своей поправкой предлагает выделить деньги, например, на ремонт больницы. Но если это делается с какими-то коррупционными мотивами, это другой вопрос. Но это не проблема поправки, а проблема того, как она исполняется. Все почему-то обсуждают, что поправка – это зло. Но зло – не сама она, а то, как поправку используют.

«Рабочие отношения»

Не страшно брать на себя ответственность за самую большую фракцию в парламенте?

Это очень почетно. Я благодарен своим коллегам-депутатам за то, что они оказали мне такую огромную честь. Но это и огромная ответственность, вы правы. Я буду стараться оправдать то доверие, которое мне оказали коллеги.

У вас со спикером ЗакСа Вячеславом Макаровым дружественные отношения? По слухам, отчасти именно они и помогли вам оказаться в парламенте.

Я считаю, что Вячеслав Серафимович Макаров – один из ведущих политиков города. У нас с ним уважительные рабочие отношения, и я благодарен судьбе, что она меня свела с этим человеком и позволила с ним работать. Благодаря ему я приобрел колоссальный опыт. Мне кажутся некорректными такие формулировки, как «друг – не друг» в отношении председателя городского парламента. Кроме того, мы с ним все-таки в разных возрастных категориях, так что я не стал бы использовать эту формулировку из чувства уважения к Вячеславу Серафимовичу.

Вячеслав Макаров часто говорит о чувстве персональной ответственности за каждого депутата ЗакСа. У вас такое чувство есть? Если кто-то из «единороссов» ошибется, нарушит правила, то вы будете отвечать за него?

Деятельность фракции мы будем строить таким образом, чтобы наши коллеги-парламентарии, с одной стороны, не ходили по струнке. С другой стороны, они должны понимать, что такое партийная дисциплина. Они должны действовать в рамках тех идеологем, которые предлагает и защищает наша пария. Если будем видеть не совсем продуктивные, контродуктивные действия, это частично будет и наша ответственность. Значит, мы не доглядели.

Какие идеологемы неприемлемы в ваших рядах?

Которые направлены на разрушение наших конституционных устоев, на экстремизм и фашизм. Абсолютно неприемлемо проводить политику на снижение социальных гарантий социально незащищенных категорий населения.

Если кто-то пойдет по кривой дорожке, что ему за это будет? Санкции какие-то публичные, или все ограничится кулуарными беседами с руководством?

Каждый должен поступать по своей совести. Я убежден, что фракция состоит из людей, которые знают, что такое совесть и политическое достоинство и политическая ответственность. Не думаю, что такие прецеденты будут.

«Это не правда»

Далеко не все согласны с тем, что все члены фракции ЕР знают, что такое совесть. До сих пор есть вопросы по прошедшим выборам, выдвигаются обвинения в фальсификации результатов, по крайней мере, в некоторых округах.

Это не правда.

Вы уверены в легитимности избрания каждого члена фракции?

По каждому округу «единороссы» победили с достаточно большим отрывом. Это говорит о достаточно уверенной победе наших кандидатов. Сложно было бы какими-то нарушениями получить такое количество голосов. Также давайте вспомним, что о массовых нарушениях в день голосования не сообщали ни наблюдатели, ни вы, журналисты. Была информация лишь о каких-то отдельных случаях.

Днем все было более-менее спокойно. Все началось ночью, нарушения были, и о них сообщали. Вы будете это отрицать?

А ночью что? Вы видели какие-нибудь массовые заявления от наблюдателей? Я не видел.

Я видела, как наблюдатели писали заявления в полиции, как журналистов вышвыривали из здания районной администрации, как кандидаты жаловались в ЦИК.

Когда проигравший кандидат пишет в ЦИК – это понятно.

Писали ночью, когда голоса еще не посчитали.

Это были какие-то единичные случаи. Никаких системных явлений, которые бы могли поставить под сомнение честность проведенных выборов, не было. Как в городе в целом, так и в масштабе отдельных округов. Более того, мы в день голосования проводили экзитполы, результаты которых часто совпадали с итоговыми результатами. В победе кандидатов от ЕР нет ничего удивительного. Если избиратель даже его не знал, он голосовал за человека от «Единой России». Для победы в одномандатном округе большого процента не нужно. Там можно было победить и с 25-30 процентами.

«Яблоко» тоже проводило экзитполы. По их данным партия занимался уверенное второе место во многих округах, а в итоге оказалась на пятом месте. Почему?

Наши экзитполы не показывали, что «Яблоко» держится на втором месте. Они показывали, что оно балансирует на грани прохождения 5%

По вашему мнению, их заявления об украденном мандате безосновательны?

Это смешно. Они даже фактов никаких предъявить не могут.

В некоторых округах в ночь выборов складывалась такая ситуация, которая не оставляет сомнений, что протоколы могли быть переписаны. Например, скандал в округе №4. По вашему мнению, там ничего такого не было?

Могу ответственно заявить, что никакого переписывания результатов там не было. Если кто-то этим вдруг и занимался, я убежден, что будут заведены соответствующие уголовные дела и будут соответствующие посадки. Насколько я знаю, один из проигравших в четвертом округе кандидат подал в суд. Процесс позволит нам увидеть объективную картину. Вообще, если честно, мне кажется, что вокруг этого округа есть очень мало фактов, но много эмоций. В каждой ситуации нужно разбираться.

Вы готовы в этом помочь? Чтобы убрать тень с имени вашего коллеги-«единоросса» Константина Чебыкина?

Конечно, мы готовы. Но не вижу, чтобы на Чебыкне была какая-то тень. Я убежден, что он абсолютно честно победил. Но сейчас в любом случае слово за правоохранительными органами. Я понимаю, что некоторым кандидатам, которые проиграли, очень обидно. Им нужно как-то объяснить это поражение себе, начальству, которое ставило задачи и, может, давало деньги на кампанию. В итоге объясняют, что это не они так бездарно провели избирательную кампанию, а кто-то что-то намудрил в комиссиях. Хотя этого не было.

Елизавета Белова / АБН