20 идей по развитию России

Почему Петербургу пока не нужно больше памятников

Почему Петербургу пока не нужно больше памятников

Фото: Baltphoto

Полку зданий-памятников в Петербурге не так давно прибыло: таким статусом обзавелись четыре объекта послевоенной постройки. Причём на этом процесс явно не остановится. Между тем, постройки, находящиеся под охраной государства уже давно, разрушаются – денег на их реставрацию в бюджете нет. Бизнес, может, и рад был бы помочь, но заинтересовать его становится всё сложнее: правила игры всё время меняются, и это не способствует привлечению частных средств.

Первыми из советских объектов в «охранный» реестр КГИОП по предложению городского Союза архитекторов попали четыре объекта: Монумент защитникам Ленинграда на площади Победы, ТЮЗ, яхт-клуб на Петровской косе и корпус ЛЭТИ на улице Профессора Попова.

Фото: Baltphoto/Валентин Егоршин

Всего на сегодняшний день в Петербурге под охраной находится порядка 9 тыс. зданий-памятников, многие из них требуют немедленной реставрации или хотя бы мер по предотвращению дальнейшего разрушения. При этом, для справки, в 2020 году количество объектов, которые планировалось восстановить, равнялось всего 68 – в основном это «культовые» здания, визитные карточки города.

По данным КГИОП, в 2020 году из бюджета Петербурга на реставрацию домов памятников выделили 4,9 млрд рублей, в том числе 2 млрд по линии комитета. В 2021 году эти показатели немного подросли – до 6,8 млрд и 2,1 млрд рублей соответственно. Когда депутаты ЗАКС утверждали бюджет города на 2022 год, глава комитета Сергей Макаров озвучил планы: восстановить 44 дома-памятника. На эти цели из городской казны планировалось выделить 1,5 млрд рублей.

Простейшие математические расчеты показывают, что с нынешними темпами на реставрацию всех исторических зданий уйдут десятки лет. Это при условии, что работы будут финансироваться только из бюджета. За это время большая часть объектов культурного наследия может разрушиться.

И вот при такой неоднозначной перспективе список памятников продолжает пополняться. Ещё 14 зданий, предложенных Союзом архитекторов, претендуют на «повышение». Это, к примеру, Финляндский вокзал, здание Академии Макарова в Стрельне и «дом-змея» в Сосновой поляне.

Фото: Baltphoto/Валентин Егоршин

Но при этом очевидно, что без участия бизнеса трудно будет сохранить даже памятники с многолетним послужным списком. А текущая ситуация к благосклонности частников мало располагает, ведь им не дают распоряжаться даже теми объектами, которые памятниками не признаны.

Избирательная защита

Один из ярких примеров последнего времени – ВНИИБ на площади Мужества, построенный в 50-х годах прошлого века. КГИОП охранный статус ему не предоставил. И, в общем-то, это логично: наличие условных колонн – это вовсе не повод выделять заурядное, в общем-то, здание в разряд чего-то очень ценного. Подобных домов в конце 40-х – конце 50-х годов прошлого века по городу было построено множество. И никому в голову не приходило ими восхищаться и водить сюда экскурсии. Кстати, всего пару лет назад примерно такое же – бывшее КБ специального машиностроения на Лесном проспекте – было снесено без шума и пыли. И никаких протестов по этому поводу зафиксировано не было.

Это, на наш взгляд, ключевой момент: те четыре объекта, названные нами в самом начале, получили охранный статус во многом потому, что являются единственными или единичными в своём роде. Здание ВНИИБ таковым точно не является. А потому памятником считаться не может.

Фото: Baltphoto

Но в случае со строением на 2-м Муринском проспекте городские активисты всё равно возбудились. Хотя сам институт давно уже не работал, а здание использовалось как бизнес-центр. К тому же инвестор, выкупивший объект, взял на себя социальные обязательства. В частности, отремонтировать несколько поликлиник, благоустроить территорию и оборудовать хоспис. То есть польза для города была очевидная. Но из-за странной позиции градозащитников собственник вынужден нести убытки, а здание простаивает, постепенно ветшая вместо того, чтобы освободить в этом районе место для новой актуальной архитектурной и урбанистической среды.

Избирательная позиция активистов выглядит тем более странно на фоне абсолютной тишины по поводу грядущего сноса ЛДМ на ул. Профессора Попова. Почему одно строение они считают ценным, а второе – не очень, вряд ли смогут объяснить даже они сами.

Фото: Baltphoto/Валентин Егоршин

При этом, как писала Мойка78, об исторической значимости ЛДМ говорят архитекторы, которые участвуют в разработке критериев оценки советских построек.

«Он (ЛДМ – прим.ред.) очень интересен как памятник истории. Все, кто жил тогда, помнят и выставки «вторые бульдозерные», и выступали там все, кто мог, и в зимний сад туда все ходили, место было тусовочно-фарцовочное», – считает руководитель Архитектурного бюро «Студия 44» Никита Явейн.

Вообще тенденция намечается довольно опасная. Судите сами: если представители градзащиты не дают собственнику свободно распоряжаться своим имуществом, не имеющим исторической ценности (что подтверждено официально), то как на это посмотрят инвесторы, которым предлагают работать с признанными по закону зданиями-памятниками? Наверняка, пример будет не самым мотивирующим. Если нет понятных и прозрачных правил, то кто гарантирует, что, вложив миллионы, инвестор их не потратит зря в случае очередных протестов и последующих судебных решений?

Искать компромисс

Исключить противоречия между градозащитниками и застройщиками (а заодно определить размеры бюджетных трат на сохранение исторических зданий) могли бы единые критерии оценки городских объектов. По мнению архитектора Дмитрия Мудрогеленко, оценивать объекты следует по трем параметрам.

«Есть объекты, которые формируют ансамбли или являются частью исторического ансамбля. К примеру, БКЗ, ТЮЗ, аэропорт Пулково. Это уже шедевры. Второе – востребованность объекта. Третье – качество самой архитектуры», – перечислил критерии для оценки исторической значимости специалист.

Фото: Baltphoto

Сейчас же решение о сохранении тех или иных объектов принимают в слишком узком кругу, считает Нехмат Самедов из архитектурного бюро ludi architects.

«Логично, чтобы была шире фокус-группа, и ее собирали из людей разных возрастов, категорий, специальностей… Главное, чтобы не было быстрых опрометчивых решений, что это ценно, а это – не ценно», – резюмировал архитектор.

По всей видимости, он имел в виду, что необходимо учитывать мнение всех сторон: и градозащитников, и инвесторов. С этим, пожалуй, спорить не будем.

Новости партнеров