В условиях макроэкономической нестабильности и высокого инфляционного давления многие российские работодатели пересматривают подходы к компенсационным пакетам. Пока номинальные зарплаты демонстрируют сдержанный рост, реальные доходы сотрудников часто остаются под давлением. Редакция АБН24 разобралась, за счет чего сотрудникам компенсируется заморозка зарплат.

Фото: freepik.com

В ответ на внешние обстоятельства бизнес активно развивает нематериальную мотивацию: от организации питания до льготной ипотеки.

Реальные доходы под давлением: что говорят цифры

По данным Росстата, номинальная начисленная заработная плата в среднем по экономике за последний год выросла на 12–14%, однако с учетом инфляции реальный рост составляет лишь 2–4%. В отдельных отраслях фиксируется снижение покупательной способности.

«Номинальные цифры создают иллюзию благополучия. Когда сотрудник видит в расчетном листке +10%, но при этом продукты, транспорт и услуги дорожают быстрее, он ощущает не рост, а стагнацию. Именно здесь на первый план выходят нефинансовые бонусы, которые напрямую влияют на качество жизни», — объяснила специалист по корпоративному консалтингу Анна Волкова.

Аналитик рынка труда Дмитрий Лебедев уточнил:

«Мы наблюдаем структурный сдвиг: если раньше льготы воспринимались как «приятное дополнение», то сейчас они становятся ключевым элементом employer brand. Особенно это заметно в секторах с высокой конкуренцией за кадры — IT, финансы, ритейл».

Нематериальная мотивация: от обедов до ипотеки

В 2026 году более 65% крупных и средних компаний расширили пакеты корпоративных льгот. В топ-5 наиболее востребованных опций вошли:

• организация горячего питания или компенсация обедов (78% компаний);

• программы обучения и развития (62%);

• расширенный ДМС, включая стоматологию и телемедицину (59%);

• гибкий график и возможность удаленной работы (54%);

• программы жилищной поддержки, в том числе содействие в оформлении льготной ипотеки (31%).

«Питание — это базовый, но мощный инструмент. Сотрудник, который получает качественный обед в офисе, экономит от 300 до 600 рублей в день. За месяц это 6–12 тыс. рублей — ощутимая сумма, особенно в регионах. При этом для компании стоимость такого бонуса часто ниже за счет корпоративных скидок и оптовых закупок», — пояснила Волкова.

Лебедев подчеркивает практическую ценность образовательных программ. Сотрудник получает новые компетенции и карьерные перспективы, компания — лояльного специалиста с актуальными навыками.

«В условиях дефицита кадров удержание через развитие работает эффективнее, чем точечные индексации», — добавил спикер.

Что работает на практике: мнение экспертов

Аналитики сходятся во мнении, что максимальный эффект дает персонализированный подход. Универсальные пакеты уходят в прошлое. Современные платформы позволяют сотруднику самостоятельно формировать набор льгот в рамках выделенного бюджета. Кто-то выберет расширенную страховку для семьи, другой — оплату курсов английского, третий — софинансирование ипотеки. Гибкость повышает воспринимаемую ценность бонусов на 30–40%.

«Нефинансовые бонусы не должны подменять справедливую оплату труда. Это дополнение, а не замена. Если базовая зарплата неконкурентна, даже самый щедрый соцпакет не удержит специалиста. Но при паритетных условиях именно льготы становятся решающим аргументом при выборе работодателя», — подчеркнул Лебедев.

В среднесрочной перспективе тренд на развитие сохранится. Компании, которые научатся балансировать между финансовой устойчивостью и заботой о благополучии сотрудников, получат стратегическое преимущество на рынке труда.