Керчь и Архангельск – звенья одной цепи?

С разницей в две недели в нашей стране прогремели два теракта. Официально уголовное дело по статье «Теракт» возбуждено только в Архангельске, где 17-летний парень подорвал себя в приемной УФСБ. После массового расстрела в колледже в Керчи возбуждено дело по статье «Убийство». Можно спорить о деталях, но общая картина совершенно схожа и очевидна.

Курдесов

Дмитрий Курдесов

Руководитель движения «За безопасность»

После атак на колледж в Керчи и взрыва в приемной ФСБ в Архангельске следователи и множество экспертов принялись собирать крохи информации о юных террористах. Что мы знаем? Оба парня воспитывались в неполных семьях. Друзей не было, вели замкнутый образ жизни, на фоне сверстников не выделялись. Учились не хорошо и не плохо, твердые «хорошисты», нареканий со стороны учителей не было. Один увлекался стрельбой и сразу при наступлении совершеннолетия легально купил помповое ружье и 150 патронов к нему. Второй умело мастерил бомбы.

Оба парня почти ровесники – 17 и 18 лет, не таились и не принадлежали к какой-либо террористической группировке. Обычные парни, иногда рассказывающие одноклассникам разного рода дичь, о которой тотчас забывали, полагая, что шутка. После расстрела в Керчи немедленно вылезла масса «нового» о стрелке. Парень долго учился стрелять, прошел сложный экзамен и получил лицензию на приобретение и хранение огнестрельного оружия, целенаправленно шел к своей страшной цели, но ни один взрослый не поинтересовался, зачем 18-летнему парню ружье, и, возможно, в этом отправная точка трагедии.

Единственное, что можно сказать с точностью: предотвратить взрыв в здании регионального управления ФСБ в Архангельске было невозможно. В отличие от бойни в колледже в Керчи. Ни в одной стране мира не научились бороться с террористами-одиночками. Действительно, архангельский бомбист за семь минут до теракта написал в открытом чате о намерении совершить преступление (нашлись такие, кто пожелал ему «удачи» — с ним должен быть отдельный разговор), но семь минут – ничтожно мало, чтобы проверить сообщение и принять должные меры безопасности.

Тупик? Нет, конечно. Несколько дней назад сотрудники ФСБ провели блестящую операцию и ликвидировали террористическую ячейку в Татарстане. Группа почти из 20 человек планировала резонансные акции (теракты) на территории России, после чего террористы должны были сбежать и укрыться в Сирии. ФСБ потребовалось несколько недель, чтобы отследить всех участников банды, собрать доказательную базу, а после одним разом накрыть всех.

Схожим образом должны действовать учителя в школе, в частности, социальные педагоги, которые, как правило, во многих школах присутствуют формально. Социальный педагог обязан ежедневно беседовать с десятками учеников, вести мониторинг социальных сетей, выявлять детей, которым нужна или может понадобиться психологическая и иная помощь. Посмотрите, сколько общего у керченского стрелка и архангельского бомбиста, неужели в остальных городах России другие дети? При хорошей работе социального педагога, не трудовика на полставки, а профессионального психолога, я уверен, трагедий можно было избежать.

Современная молодежь, в отличие от нас, их родителей, взрослых, с головой погружена в глобальную цивилизацию. По одному щелчку мыши любой подросток может оказаться в любой точке мира, доступны книги, о которых мы только мечтали, секции, кружки как бесплатные, так и платные – всего навалом, найти себе применение в жизни и занять свободное время не составляет никаких сложностей. Так почему же дети идут на преступления?

Излишне говорить, что дети чересчур увлечены компьютерными играми. Что правда, то правда, однако везде есть нюансы, которые нельзя не учитывать. Каждый раз после трагедии с участием детей горячие головы предлагают запретить «стрелялки». Предложение резонное, только, если приглядеться к статистике, которую в упор не замечают наши громкие народные избранники, дети, безусловно, обожают компьютерные игры, но футбол и гонки, даже вернее сказать – футбол, который даст фору любой другой игрушке. Зловещий DOOM рядом не стоял.

Современные подростки знают больше среднестатистического взрослого, но не всегда понимают, как правильно воспользоваться полученными знаниями. У детей не хватает жизненного опыта, отсутствует страх, они полны надеждами и иллюзиями, им сложно принять, что в мире не все однозначно и не всегда получается так, как написано в учебниках. Детей необходимо воспитывать и готовить к самостоятельной жизни, не баловать и не держать в клетке, учить на собственных примерах и на собственных ошибках.

В России, что бы не говорили либеральные публицисты, нет никакого потерянного поколения. К большому сожалению, мы больше никогда не спросим парней, почему они пошли на отчаянный шаг, решили убить других и себя. Любая версия их поступка будет спекуляцией. Однако наша страна и мир в целом держатся не на тех, кто разрушает, а на тех, кто созидает. Вокруг нас много, очень-очень много детей-героев, о которых не трубят на федеральных телеканалах. Дети, рискуя собой, спасают тысячи жизней, не ради славы, они об этом в момент подвига не думают, они поступают так, как должен поступить любой на их в месте.

Меня часто спрашивают, как предотвратить трагедии подобные тем, что случились в Керчи и Архангельске. Рецептов много, но ни я, никто другой не знает, какой из них по-настоящему действенный. Каждый ребенок уникален, к каждому ребенку нужен индивидуальный подход. Впрочем, если ребенка не слушать, игнорировать его беды и проблемы, если с ребенком не говорить, в конце концов, не уважать его и всячески «ставить на место», не поможет ничего. Останется только уповать на Бога.